Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

face

Буротинно

Карабас вы Барабас!
Мы боимся очень вас!
Мы боимся в нощный час
волосатых ваших глаз,
фээсбешных ваших рук,
полосатых ваших брюк,
а еще мы все боимся,
что у вас на рУке крюк.

Вы скакаете вокруг,
вы меняете подруг,
вы стращаете пернатых
и хватаетесь за щук.

Все равно вы маловатый
недоразвитый пиздюк.

Может вас застрелят вдруг?

В этом августе нежарком или может в сентябре
комбайнер или доярка вас увидят во дворе,
расчехлят свою винтовку иль базуку расчехлят...
То-то радости неловкой будет нынче у ребят!

Жаль, что это не случится, жаль, что это о другом.
Не велел Господь глумиться — даже если над врагом.
Не велел Господь винтовку и базуку расчехлять.

Неужели эту вовку не удастся расстрелять?

face

Предварительные тезисы к президентским выборам

Не пью грузинского вина я,
Не ем шашлык я и кинзу.
Россия! Погляди, родная,
Что там находится внизу.

Взгляни на карту. Словно малый,
Но подлый и свирепый тать,
К тебе там Грузия пристала,
Того гляди, начнет кусать.

Они обидели военных!
Они накакали в боржом!
Не станем брать военнопленных,
Но бомбой ядерной пожжем.

О, замышляют эти горцы!
Они таят! Они плетут!
Пора закончить разговорцы!
Секите горцев там и тут!

(Потом прибудут миротворцы
И мирно всем пизды дадут.)


Когда Кавказом овладеем,
Россия вспрянет, и тогда
Национальная идея
Найдется сразу, без труда:

1. Мочи своих, чужих лягая.
2. Мочи чужих, своих моча.
3. Линейка нам нужна другая.
4. И чтоб у власти, всех пугая, как плод орала и меча, стоял суровый, но прекрасный, и той линейкой по рукам бил каждого, кто лезет к нам.
face

Гаубица Прометея: миф или реальность?

Была ли у древнего греческого героя Прометея гаубица, существование которой много лет приписывается этому мифическому полубогу? Ученые ломают над этим копья вот уже несколько веков подряд. Гомер, впрочем, утверждал, что гаубица не только имелась, но и послужила Прометею в качестве подспорья в деле похищения горюче-смазочных материалов с олимпийской СТО. По словам Гомера, Прометей метким выстрелом из мощного орудия разнес в щепу робота-охранника, приставленного Гефестом к воротам склада, а потом захватив искомое, герой использовал гаубицу в качестве транспортного средства, буквально скатившись верхом на ней по склону Олимпа. Однако Гомер был слеп, и доверять его словам можно далеко не всегда. В частности, последние исследования не выявили на склонах Олимпа никаких следов гаубичных гусениц, а некоторые ученые-скептики сомневаются даже в достоверности факта присутствия СТО на вершине знаменитой горы. Доктор Джонс, археолог с большим стажем, впрочем, уверяет, что лично видел гаубицу Прометея в одной из глубоководных морских впадин, но не смог до нее дотянуться. Утверждения доктора Джонса мировая наука воспринимает сдержанно, но опровергнуть пока не может. Загадка гаубицы Прометея продолжает волновать сердца и умы, и будем надеяться, что в ближайшем будущем мы получим четкий ответ на животрепещущий вопрос: была ли она?
face

Сказки старого Мазая: КАША ИЗ ТОПОРА


      Отслужил солдат в армии четверть века. Вот шел он домой, вольной жизнью доживать, полпути прошел, да весь устал. Решил он отдохнуть, еды поесть; заглянул в свою котомку, а там только журнал дембельский да банка зубного порошка. Опечалился солдат. Вдруг смотрит — откуда ни возьмись, деревня стоит. Обрадовался солдат и постучался в ближнюю избу.
      Никто не открыл солдату. Постучал он вдругорядь. Ничего. Перекрестился служивый, толкнул легонько дверь, а та незаперта. Вошел он в избу. Смотрит, а возле печи к двери спиной старуха копошится.
      — Здорова будь, мать, — сказал солдат. — Чего дверь не отворяешь, честного человека на порог не пускаешь?
      — Глуха я, милок, — ответила старуха. — Как колода глуха. И теперь тебя почти не слышу, ага.
      — Ну, чего-то услыхала, и то радость. А не найдется ли у тебя чего поесть? Два дня нежрамши.
      — Ох, милок, ничего нету, — говорит старуха, а сама все спиной к солдату стоит.
      Солдат же приметлив был и видел, что на столе каравай лежит да крынка молока стоит. Ну, думает, ладно, старая, ужо проучу я тебя.
      — Ну а топор у тебя в хозяйстве найдется?
      — Ась? Топор-то? Топор найдется, как не найтись, а как же, — забормотала старуха и повернулась к солдату лицом. А вместо лица у ней точно болото гнилое, черное, червями да личинками кишит, а в руке зажат здоровенный топор. Размахнулась она, запустила топором в солдата и убила его наповал. Спрятала тело в подпол, топор вынула да на печку поклала, а сама села за стол и стала грим смывать.
      Смыла старуха грим и оказалась прекрасной девицей. Тут ей солдат из подпола говорит:
      — Бабка, зря ты меня ухайдокала. Я теперь с тебя живой не слезу, заморю, а еще дружков-дембелей вызову, они тут вообще все разнесут.
      Засмеялась девица, рассовала по карманам хлеб да молоко, обернулась белой лебедью и выпорхнула в окошко.
      — Дурень ты, служивый, — крикнула она на прощание. — Ведь меня и не было вовсе!..
      День прошел, ночь наступила, а за ней и утро сетлое. Лежал солдат в подполе, лежал, да и вылез наружу: хоть и труп, а жрать-то охота. Поискал солдат, пошарил — нигде ничего съестного, только топор окровавленный на печке лежит. Ну, делать нечего — разжег солдат огонь, налил в горшок воды, засунул туда топор и поставил вариться. Тут топор ему говорит металлическим голосом:
      — Ты что ж делаешь, нехристь?! Смерти моей хочешь?
      — Каши хочу, — буркнул солдат.
      — А поди не знаешь, что из меня каши не сваришь?
      — Это мы еще поглядим, — сказал солдат. — Ты ответь: зачем меня убил?
      — Не виноватый я! Все ведьма проклятая!
      — Какая-такая ведьма?
      — А я почем знаю?
      — По два алтына.
      — Мало, служивый, дай хоть гривенник.
      — Ишь чего захотел! Где ж я его возьму?
      — Где-где... В огороде накопай.
      — Лениво.
      — Ну извини.
      — Не понял?
      — Чего не понял?
      — Чего ты едешь, не понял. Давно сортиров не мыл?
      — Каких сортиров! Окстись, солдат, не на службе!
      — Я тебе щас покажу службу, гамнюк ржавый…
      — Кто гамнюк? Я гамнюк? Да ты сам…
      — Ну скажи, скажи.
      — Да ты… ты…
      — Давай-давай, вода-то закипает уже.
      — Ой, бля, и правда закипает. Слышь, родимый, вынь ты меня отсюда.
      — А вот те шиш! Варись да помалкивай.
      — Но за что? За что?
      — За вдов и матерей, за землю нашу… ну и кушать очень хочется.
      — А!!! Горячо! Вынимай, вынимай! А! Шшшшш… — и топор сварился.
      Прошло несколько времени, истомилась каша, вынул солдат горшок из печи и обедать собрался. Глядит — а каша-то железная получилась! Что ж, думает солдат, терять нечего, и так мертвый — и хвать кашу зубами. Зубы в каше-то и завязли.
      Замотал солдат головой, на улицу выбежал; несется по деревне, в груди дыра, в зубах горшок, страшен, как грех содомский. Всех кур на дороге передавил, детей распугал; бабы воют, собаки лают, мужики за косы да палки хватаются; страсть какое веселье. Добежал солдат до колодца, да сослепу и ухнул туда; там и живет тперь вместе с горшком каши. Каша-то зубы ему отпустила, но не уходит, кажный вечер пилит его, пеняет, молодость топорную вспоминает; а солдат бы и рад от нее уйти, да некуда: кому они, трупы, нужны в Господнем мире?..